Донбасс — колония Курченко: специальный репортаж

15.05.2019 11:04
shadow

«Я, что кошка? У меня не девять жизней, чтобы одну из них пожертвовать ДНР!»

Согласно недавно проведенному в ДНР соцопросу 60% респондентов планируют покинуть республику из-за безработицы, отсутствия перспектив и низких зарплат.

Жизнь в ДНР – тайна «за семью печатями». Открытой информации о бюджете республики и количестве дотаций, поступающих в регион из Российской Федерации, не существует. А местные жители общаются с журналистами лишь при условии, что мы не будем публиковать их фамилии. На вопрос о том, чего они боятся, отвечают уклончиво. Мол, у нас война. Может быть всякое.

В августе 2018 года Институт экономических исследований Донецка опубликовал доклад «Экономика Донецкой народной республики: состояние, проблемы, пути решения». Согласно этому документу в ДНР наблюдается рост экономических показателей и значительно увеличился общий объем реализации промышленной продукции. Так, в 2015 году продукции было реализовано на сумму 88,1 млрд. руб., а уже в 2017 году – на 146,4 млрд. руб.

Казалось бы, должен расти и уровень благосостояния населения. Но на практике это не так. В распоряжение редакции оказался составленный для Кремля и закрытый для широких слоев населения соцопрос об уровне протестных и миграционных настроений в ДНР.

36% респондентов не исключают возникновения протестов в Республике, а 28% – готовы принять в них участие. Не менее 40% опрошенных граждан считают, что ситуация в Республике развивается не в том направлении. Наш корреспондент попытался выяснить, что на самом деле происходит в ДНР.

Цены растут, а зарплаты – нет

Дороги – один из главных маркеров благополучия любой страны. В ДНР трасса Макеевка – Донецк на удивление в хорошем состоянии. Словно и не было здесь войны. Но это всего лишь визитная карточка для приезжих. Реальную картину можно увидеть, проехав сорок километров от столицы в направлении города Горловка. Дороги здесь были большой проблемой и раньше. Но сейчас ситуация стала только хуже: в ямы на дороге войдет целиком колесо фуры. Недавний ремонт 500 метров “трассы” от Горловки до посёлка Озеряновка не в счет.

— Если дорога в ямах – это еще хорошо!  – восклицают местные жители. – А в пригороды Горловки – Кодратьевка, Байрак или Гольмовское – дороги вообще нет!

Впрочем, в крупных городах восстановительные работы все-таки проводят. В ноябре прошлого года в Горловке на улице Пушкинской были отремонтированы все сорванные ураганом крыши.

— Объём там был немалый, так что к зиме еле поспели – рассказывает горловчанин Александр. – Уже в феврале 2019 видел, как отремонтировали крышу нежилой части «дома с башенкой» на пл. Победы, куда в 2015 попал то ли снаряд, то ли «градина» (боеприпас реактивной системы залпового огня «Град» — ред.) Из «глобального» так и не отремонтированного после обстрелов можно выделить разве что двухэтажную пристройку за остановкой «Центральный рынок». В прошлом году часть площади Победы была застелена новой ФЭМкой. Долгое время там лежали искорёженные плиты с торчащей арматурой, не менявшиеся с распада “совка”. Надеюсь, рано или поздно очередь дойдёт и до площади перед исполкомом, где с покрытием тоже всё “не слава Богу”.

Прифронтовым районам повезло меньше. Там большинство населенных пунктов восстанавливать даже не начинали. Одноэтажные дома в частном секторе смотрят на приезжих слепыми глазницами: стекла из окон вылетели во время боевых действий. Многоэтажки, в которые во время боев попали снаряды, сложились, словно «карточные домики».

— Экономическая ситуация в Горловке аховая – продолжает, Александр. –  Нормально живут люди, которые «крутятся» на блокпостах. Я имею в виду, занимаются пассажирскими перевозками или сидят на таможне. Для остальных остаётся не так уж много вариантов. Шахты закрыты, а Кировский машзавод (Горловский машзавод имени Кирова) и Стирол (Горловский химконцерн «Стирол»),  всё обещают запустить. Но фактически они стоят. Народ едет на заработки в Россию, Украину, Польшу. В общем, куда и как повезёт. Слышал несколько случаев было, когда недобросовестные работодатели набирали в Краснодарский край на сбор фруктов, а потом горе-сборщики автостопом без денег добирались домой. Средняя зарплата в городе до 10 тыс. руб. А в пригородах и того меньше: 5-7 тыс. рублей. При этом, чтобы как-то прожить одному человеку, необходимо минимум 15 тыс. рублей. Цены у нас постоянно растут. Хотя ассортимент стал больше. К примеру, зимой хлеб белый и чёрный подорожали на пару рублей — сейчас 20-21 руб. Перед прошлым Новым годом яйца за десяток подскочили до 70-80 рублей с 55-60.  Примерно то же самое ожидается к Пасхе. Масло за пачку уже стоит от 66 до 100 рублей. Выросла даже цена на водку. Много российских продуктов — мясных изделий, рыбных консервов, соусов, алкогольных напитков. Из украинского чаще всего вижу на полках в магазинах консервации «Верес» и ликёро-водочную продукцию. Продавцы говорят, что мелкие магазинчики за украинский контрафакт «прессуют», зато в крупных сетях товаров «с той стороны» хватает.

По данным Донецкого института Экономических исследований средняя заработная плата в ДНР составляет 10 тысяч рублей. При этом ученые признают, что среди заявленных на сайте Республиканского центра занятости вакансий минимальная заработная плата составляет 2514 рублей, максимальная – 24225 рублей.  Среди представленных на сайте 7992 вакансий только 1180 предлагают заработную плату выше.

Донецк по уровню доходов находится в середине рейтинга (заработную плату выше среднего, там получают 36,7%). Наиболее сложное положение у трудящихся в Докучаевске, Ясиноватой и Дебальцево: заработная плата в этих городах практически на четверть меньше среднего уровня.

Согласно данным соцопроса, большинство респондентов признались, что тратят 70% своего ежемесячного дохода на еду и еще 15% на «коммуналку». При этом не имеют возможности купить себе одежду, оказать помощь своим детям или престарелым родителям.

«Структура расходов населения несет в себе признаки кризисности, поскольку в ней преобладают расходы на базовые потребности – товары первой необходимости. Тогда как в развитых странах на продовольственные товары приходится до 20% совокупных расходов населения, – признают ученые. — Это свидетельствует о том, что большая часть опрошенных фактически находится в режиме выживания».

«Чиновники пьют остатки кровушки предпринимателей»

Малый и средний бизнес в регионе почти не развивается. В Горловке в районе площади Победы работает несколько магазинчиков: торгуют смартфонами и комплектующими. Но покупателей почти нет. «У народа просто нет денег», – констатирует продавщица Евгения.

Хозяин магазина Виктор уточняет:

— Экономическая ситуация в Республике очень тяжелая. Давление на бизнес увеличилось: налоговая или силовики бизнес не трогают — его «кошмарят» чиновники всех мастей и структур. То есть ЖЭКи, исполком, пожарники, санстанция, архитектура, земельные ресурсы, экологи. Как с цепи сорвались. Придумывают новые требования, дополнительные разрешения, согласования и новые поводы для проверок. Проще говоря, создают поводы для личного обогащения под шумок. Ситуация это им позволяет, поскольку в Республике не работает ни судебная система, ни прокуратура. И бизнес не может дать чиновникам правовой отпор. По сути, чиновники уже сформировались в вампир-касту, пьют, пьют остатки кровушки предпринимателей ДНР. Какая уж тут перспектива?

— Не планируете ли уезжать из ДНР?

— Из ДНР уехать, по-моему, хотят все. Вопрос – «в куда», «как» и «за что». Украина не вариант. Сейчас перспективна Беларусь. Туда многие потянулись. Прибалтика – тоже можно, там сейчас много мест. Естественно, Россия – там жить лучше. Ну, и Словакия. Словакия сейчас мощно прёт, если до 40 лет — то однозначно туда или в Россию.

Виктору вторит бывший менеджер крупного торгового центра в Донецке Виктория:

— Я не хочу быть пессимистом, но как по мне лучше в ДНР не становится. Я одной ногой тут, другой там, мои знакомые разъехались – кто в Киев, кто в Россию. Тут даже политическая составляющая не имеет никакого значения. Это касается специалистов в разных сферах, начиная от парикмахеров и косметологов, заканчивая бывшими банковскими работниками. Кто-то уехал на почве усталости от ситуации – все равно она давит, как ни крути. Кто-то, потому что нет никакого развития и перспектив, как я, например. Все равно мы все социальные, нам нужно иметь круг подобных нам людей – в профессиональном плане, специалистов, чтобы расти. Ситуация должна мотивировать двигаться дальше. Тут этого нет – и чего ждать? От обстрела до обстрела – я так пожила, знаю. От налогов до налогов – где тебя возьмут, с одной стороны или с другой… У меня есть знакомый, иностранец из ЕС – хорошей, порядочной европейской страны. Он здесь решил заниматься бизнесом. Я его всячески от этого отговариваю… Он еще не решил – чем, но у него много мыслей, он товарищ креативный, и вот он всего-навсего решил снять офис. Выбрал офис, пришел его снимать, ему говорят: «давайте заключать договор, мы будем в налоговую подавать сведения». У нас все договора аренды регистрируются в Миндоходов. Он говорит: «нет, все, я не буду. Они потом придут спросят, где налоги, а я еще ничем не занимаюсь»… Я это к чему – наверное, здесь есть сферы деятельности, которые могут дальше жить. Но – пока не будут глобально решены вопросы промышленности – шахты, металлургия – не получится ничего. На ресторанах, на сфере обслуживания не протянешь…

«Начальник цеха умер на следующий день после запуска цеха, но ЮМЗ жертва не помогла»

До войны большинство жителей ДНР работали на шахтах или металлургических предприятиях. Но пока оправиться от военных потрясений производственная отрасль не смогла. После разговора с ведущими топ-менеджерами одного из крупных металлургических предприятий Евгением и Дмитрием выводы Донецкого института экономических исследований о росте производственной продукции кажутся мифом.

— Сейчас в ДНР всего 14 работающих шахт, а было сорок, – вздыхает Евгений. – Какие-то затоплены, какие-то в плохом состоянии… Но глобально уголь отсюда не выезжает. Все хотят поехать, но пока ни у кого особо не получается. Это же надо продать на экспорт, а Россия официально не разрешает на своем внутреннем рынке продавать.

— А говорят, что ДНР теперь в Россию уголь поставляет. Мол, вам и без Украины хорошо…

— Объективно электростанции под уголь были только на территории Украины. Они были заточены под энергосистему Украины. В России – в нашей стороне – не было таких электростанций и соответственно не было необходимости в угле. У них уголь есть, но уголь совершенно другой, это Кузбасс, по-другому вообще все организовано. Я знаю, что весь уголь, который едет из Луганска или от нас контрабандой, выезжает из России – в Турцию, Европу, Индию.

— А как обстоят дела на заводах? Вроде бы ЮМЗ запустили…

— Что значит, «запустили»? Сделали две плавки? – возмущается Евгений. – Я знаю, что только две было и то, в день официального запуска. Еще раз они что-то плавили? Я об этом не знаю. Для того, чтобы производить на заводе, надо много. Огнеупоры надо, всё надо. То, что нашли и произвели две плавки – это подвиг, ничего не могу сказать. Это подвиг, это сумасшедшая работа шла. Начальник цеха умер на следующий день после запуска. 42 года. Тоже не от хорошей жизни, а от большого стресса и перенапряжения. Ему дали посмертно Героя Труда ДНР. Дальше нужен сбыт. Это системная работа. Запустить, чтобы оборудование ожило – да, это подвиг. Но дальше заводу нужно давать с другой стороны жизнь. Не только со стороны физики.

— Говорили, что ЮМЗ якобы будет производить высокоуглеродную сталь для оружия…

— Может. Может все. Этот  завод производил любую марку стали. За что и ценился. Есть все оборудование, все с ним в порядке. Но предприятию нужны специалисты и руки. Кроме того, для такой стали необходимы очень дорогие компоненты. Это все дорого, это нужно закупать, нужно варить, нужно понимать – как это варить, при каких параметрах… Это не так просто. А то, что сварили – сварили рядовую сталь, они сделали 3сп – 5сп, это квадрат, черный металл, не нержавейка, рядовая продукция. Есть рядовая продукция, стандартная, в которой важно выдержать рядовые показатели. То есть – это самое простое, то, что они сделали. И, опять же – все это надо продать. Нет смысла производить, если ты не можешь продать. Мы же непризнанная Республика! Так, что завод по сути открыли в Фейсбуке…

-Вы сейчас работаете с российским углем?

— Разным.

— Донецкий или луганский уголь не фигурирует?

— По рынку я слышу (рынок всё равно все знает — всё через порты идет), что луганский уголь есть, а донецкого нет. По крайней мере, в достаточных объемах, чтобы о нем говорить. Мы же понимаем, что минимальная партия судовая – это примерно 5000 тонн. И это не повод поговорить. Повод поговорить, если 5000 тонн выезжает раз в неделю. Нормальное угольное судно – это 30.000 тонн, 6 трюмов. 5000 тонн – это один трюм. В одном вагоне – 69 тонн. Это чтобы физически представить количество груза. О чем мы говорим? В таких объемах – тридцатитысячниками – никто не грузит, как это раньше было. Понимаешь, металл можно сделать – куда его деть? То же самое сейчас с шахтами – когда писали, что 5 млн тонн угля добыто. Для понимания – это показатель 2012 года, когда не было ограничений, были электростанции, шел экспорт – вот тогда добыли за полгода примерно 5 млн. И сейчас они называют эту цифру – притом, что шахты стоят, экспорта угля нет никакого.

— Приведу еще один пример, – говорит Дмитрий. – Под наши заводы завозилось в среднем порядка 10 машин металла – это 200 тонн в месяц, а сейчас – порядка 20-40 машин. То есть наши заводы остановились, весь металл – покупной. Наши металлургические заводы, которые в состоянии сделать трубу, прокат, арматуру – всё стоит. Весь металл у нас сейчас покупной, из России. Если раньше это могло быть привезено из Украины без пошлины, то сейчас это идет из России, с уплатой пошлины и всеми соответствующими издержками во всей цепи. Для меня показатель – это «Донецкгормаш», на котором начали собирать автобусы. Не знаю, как их собирают – я их видел на Успенке лично – двадцать беленьких автобусиков сюда заезжали, такие, как наш 121-й, только фары раскосые. Гормаш – это был крупнейший в Европе завод горного оборудования. Если на нем начали собирать автобусы, значит, угробили свой уголь – и ни одного выхода на международный рынок. И опять же, любой здравый человек понимает, что собирать автобусы, не имея ни домкратов, ни сборочных цехов, невозможно. Я на машине не поменяю колесо, если у меня нет домкрата – я просто не смогу ее поднять. С домкратом смогу. Но на Гормаше нет этого оборудования. Это по заводам, все, что я знаю. Потому что тема металла — закрытая в принципе.

— Лично я собираюсь в Ростов-на-Дону уезжать, – признается, Евгений. – Какой, смысл здесь оставаться? Давайте уже честно признаваться: налоги, военная ситуация, которая неизвестно куда повернет, и как это все будет – а жизнь одна! Я не кошка, у меня не 9 жизней, чтобы одну положить на благо республики и посмотреть, как все будет. Нужно смотреть по сторонам и куда-то перемещаться.

— У нас в ДНР все могло быть иначе. Богатейший промышленный регион, мог бы подняться на ноги буквально за год при грамотном руководстве, – говорит Дмитрий. – Но, происходит сплошной фарс и показуха. Потому, что у руля ДНР не те люди…

— Все дело в так называемом временном управлении, – вздыхает, Евгений. – Его ввели якобы для стабилизации ситуации в регионе. А на самом деле нас просто нагло обкрадывают.

«ДНР управляют временщики, у которых нет системного подхода»

Не секрет, что у непризнанных государственных образований на постсоветском пространстве есть кое-что общее. В каждой из этих стран, местный бизнес рано или поздно начинает контролировать тесно связанная с влиятельными людьми в Кремле группа полукриминальных лиц. В Приднестровье это группа компаний «Шериф», в Абхазии — президент Рауль Хаджимба и бизнесмен Роман Качарава, а в ДНР – зарегистрированная в непризнанной Южной Осетии компания «Внешторгсервис», близкая к сбежавшему из Украины в Россию олигарху Сергею Курченко. Почти три года она осуществляет в ДНР так называемое «временное управление» всем промышленным сектором Республики. И, по сути, сегодня и политическую, и экономическую жизнь ДНР контролирует один человек, именно Курченко. Почему это так и как это сказывается на ситуации в Республике – расскажем ниже.

— Это временщики, которые нацелены лишь на то, чтобы по бросовым ценам, контрабандой вывезти в Россию наш уголь, – подчеркивает Дмитрий. – Их больше ничего не интересует. Вот из-за них и ходят слухи, что уголь идет. Хотя легально из ДНР ничего не выезжает.

«Внешторгсервис» и «Газ-Альянс» (еще одна компания Курченко) попали под санкции США в январе 2018 года.

Впрочем, это не помешало в марте 2018 года Сергею Курченко через «Газ-Альянс» стать региональным монополистом: по сути, единственным поставщиком в Россию угля, добываемого на территориях самопровозглашенных ДНР и ЛНР. 14 марта 2018 г. Министерство экономического развития России попросту направило телеграмму компании «РЖД Логистик», в которой сообщило о запрете вывозить уголь из ДНР и ЛНР для всех компаний, кроме «Газ-Альянса» Курченко.

— Еще до этого наши ребята пытались продать уголь легально, ездили на металлургическую конференцию в Дюссельдорф. А с ними россияне из Внешторгсервиса в модных мокасинах. К этим «модным» даже никто не подходил, потому что никто пачкаться не будет.  Все же друг друга знают на рынке.  А вы в мокасинах кто такие? У вас есть права на этот уголь?! В мире к этому очень щепетильно относятся. Это новые руководители, или менеджеры, или просто российские представители, я не знаю. Но я знаю, что на них поглядывали очень косо, не понимали, что вообще здесь эти люди делают, и как они вообще могли приехать. Понимаешь, вот это вот всё… складывается в какое-то такое аморфное, несерьезное…

— Временщики?

— Ну, да! Я просто не вижу в их действия системы. Плохой, хорошей… Если бы была какая-то система, системный подход к организации – промышленности… Все какое-то очковтирательство.

 Разрыв между желаниями и действительностью

С чем же связан стремительный взлет на Донбассе инородного региону харьковчанина с очень сомнительной репутацией Сергея Курченко? По информации наших близких к Кремлю источников успехи олигарха – это результат борьбы кремлевских кланов за влияние в ДНР и ЛНР.

Как известно, помимо помощника президента России Владислава Суркова, над вопросами экономического возрождения Донбасса работает также и вице-премьер правительства России Дмитрий Козак, возглавляющий так называемую Межведомственную комиссию по оказанию гуманитарной помощи населению пострадавших территорий Донецкой и Луганской областей и сконцентрирована в первую очередь на экономическом направлении и развитии Донбасса.

— Сурков на первое место ставит политические вопросы, – объясняют наши источники. — А Козак — «хозяйственник», практик, бизнесмен, которого интересует не абстрактный «русский мир», а очень конкретная экономическая реализация экономической стратегии развития Донбасса.

Получив в сферу своей ответственности Восток Украины, Козак занялся там тем, в чем разбирается: решением экономических вопросов. И здесь ему подвернулся очень некстати опальный украинский олигарх Сергей Курченко. Последний оказался редким схемщиком, плюс имел давние виды на собственность, ранее утерянную «хозяином Донбасса», как его называли до 2014 года, украинским олигархом Ринатом Ахметовым.

Недавно и.о. главы Денис Пушилин назначил на должность Председателя СовМина ДНР Александра Ананченко – человека, малоизвестного в Донецке.  Известно, что при Захарченко он был  начальником управления стратегии развития промышленности администрации главы ДНР, а затем советником Сергея Курченко при его южноосетинской компании «Внешторгсервис» .

Среди главных задач Ананченко – обеспечить следование республики экономическому курсу, установленному в Москве, и предотвратить возможные попытки волюнтаризма нового политического руководства по отношению к предприятиям Внешторгсервиса».

К слову, не так давно Совет Министров под руководством Ананченко (как понятно из слов выше, на 100% человека Курченко) и «Внешторгсервис» (структура Курченко) заключили между собой договор, согласно которому «Внешторгсервис» обязуется ежемесячно в течение года выделять 12,5 млн. рублей на выполнение социальных мероприятий в сфере образования, медицины и культуры. В целом, компания планирует перечислить 150 млн. рублей в целевой фонд социально-экономического партнерства. Правда, по данным наших источников, на предприятиях «Внешторгсервиса» в ДНР сейчас имеется недостача оборотных средств. На предприятиях компании  «Свердловантрацит», «Ровенькиантрацит» и «Краснодонуголь» задерживают зарплаты. Железнодорожники Ясиноватой получают вместо зарплаты дешевые продуктовые наборы, а работники донецкой шахты им. Засядько пакеты с макаронами. Если говорить простым языком, то «Внешторгсервис» Сергея Курченко, чтобы обеспечивать целевой фонд социально-экономического партнёрства, просто вынимает эти деньги из оборотного фонда предприятий. Тем самым лишая их средств на элементарное развитие, и хоть какое-то поддержание штанов производства и коллективов этих производств.

P.S

Согласно данным закрытого и проведенного по заказу Кремлевских чиновников соцопроса, главной проблемой региона является разрыв между желаемым уровнем жизни и действительностью. На вопрос о том, как они оценивают эмоциональные настроения в обществе 41% респондентов ответили – тревожные, 52% — назвали происходящее отчаянием.

Другие материалы в этой категории: Андрей Рябинский о банкротстве «Урбан Груп» »

Оставить комментарий